— Поездка в трамвае и обед в Чайнатауне! Добро пожаловать в Сан-Франциско! — торжественно пригласила их Эмили, когда трамвай остановился.

— Мы поедем на нем до самого Чайнатауна? — спросила Нэнси.

— Почти. Мы сойдем на Буш-стрит и пройдем пешком до Грант-авеню. Вы потом поймете почему, — таинственно добавила Эмили.

В трамвае было три свободных места, и Джорджи, Ханна и Эмили тут же уселись на них. Нэнси же с удовольствием стояла, держась за поручни. Трамвай то быстро скользил вниз, то медленно тащился вверх по холмам. В закатном свете все вокруг казалось окрашенным в золотые тона.

Турист на улице нацелился фотоаппаратом на трамвай. Нэнси вспомнила о пропавшей камере Эмили и нахмурилась. «Если бы Эмили была просто туристкой, потеря фотоаппарата не была бы столь болезненной. Но этот фотоаппарат был слишком дорог для нее, он был частью жизни Эмили. Хорошо хоть на пленке были только кадры, заснятые в аэропорту».

Когда трамвай поднялся на очередной холм, Эмили помахала рукой, давая понять, что на следующей остановке им надо сходить.

— Мне здесь очень понравилось, — делилась впечатлениями Ханна, когда они шли к Грант-авеню. — Я начинаю чувствовать себя заправским путешественником.

Нэнси и Джорджи переглянулись и засмеялись. Когда они свернули на Грат-авеню, Джорджи воскликнула:

— Нэнси, смотри!

На фоне голубого закатного неба яркой зеленью и золотом сверкали ворота, украшенные драконами и львами.

— Какая красота, Эмили, — восхищалась Ханна, когда они прошли через ворота в Чайнатаун. — Так вот почему ты повела нас этой дорогой!

Нэнси и Джорджи медленно шли по улице, оглядываясь по сторонам. Крыши как у пагод, вывески с китайскими иероглифами, заморские диковинки в витринах лавок, мелькающие изредка шелковые одежды в толпе, — все говорило о том, что это частица Китая, а не просто квартал обычного американского города.